«Мне стало стыдно, что я не могу так же открыто прореагировать»
Наталия Чепурнова — волонтер-вожатая лагеря. Фото из архива Фонда «Шередарь».

Наталия Чепурнова — волонтер-вожатая лагеря. Фото из архива Фонда «Шередарь».

Наталия Чепурнова занимается волонтерством, сидя в инвалидном кресле

Недавно тамбовчанка вернулась из Владимирской области, где помогала детям с тяжелыми заболеваниями. И для нее, и для организаторов реабилитационного лагеря «Шередарь» такой опыт стал первым. В беседе c «Русской планетой» девушка призналась, что исполнила давнюю мечту.

– Наташа, знаю о вашем увлечении танцами. Сейчас у вас абсолютно новое занятие. Почему именно волонтерство? 

– Во-первых, я являюсь членом организации молодых инвалидов «Аппарель». Нам постоянно помогают волонтеры, я все это вижу «изнутри». Мне всегда хотелось отдать что-то взамен, помочь кому-то. В «Шередарь» приехали дети после онкологии. В какой-то мере это мой шанс. Решила попробовать, к тому же по образованию я психолог. Необходимо понять таких ребят, ведь у них серьезные последствия после тяжелых заболеваний.

– Найти общий язык с такими детьми всегда сложнее, чем со здоровыми. Как-то готовились дополнительно?

Первые пять дней были тренинги: нас учили, как работать с подростками, как правильно обустроить для них мастерские. После этого мы получили специальные сертификаты. Профессиональными советами делился ирландец Терри Дигнан – один из лучших экспертов по вопросам реабилитации детей.

– То есть к практическим обязанностям волонтера вы приступили только на шестой день? В чем конкретно они заключались?

Да, дети приехали на территорию лагеря позже нас. После этого я находилась с ними 24 часа в сутки. У меня была самая взрослая команда: ребята от 16 до 18 лет. Возраст трудный, поэтому скучать не приходилось. Наше знакомство началось с отказа от гаджетов и прочей электроники. Ребята отнеслись к этому нормально. Взамен было много развивающих занятий: кулинария, театральная студия, музыка, прогулки на лошадях.

– В какой момент почувствовали специфику такого волонтерства?

– Практически сразу, ведь дети всегда находились под присмотром. Свободно они вообще не перемещались, мы постоянно были рядом. Действовали по принципу «два к одному», то есть одного ребенка сопровождали два волонтера. Если ему стало бы плохо — кто-то оставался, а другой бежал бы за помощью. К счастью, таких случаев не было. В целом же дети вели себя, как обычные люди. Были даже случаи, когда волонтеров путали с кем-то из ребят, проходящих реабилитацию. Отличали нас, по сути, только бейджики. Там такая же жизнь: кому-то больше внимания нужно, кому-то меньше. Все индивидуально. У нас несколько мальчиков по-настоящему раскрылись. Приехали они замкнутыми и молчаливыми, как говорят, «в себе». Один из них очень умный и начитанный — Илья, он нам потом сказал: «Я за девять дней, проведенных здесь, раскрылся больше, чем в школе за семь лет».

– «Раскрывались» персонально перед вами или внутри всего коллектива?

– У нас перед сном были так называемые «шепталки». Это обязательное занятие, как и все остальные. Мы объединялись в круг и, погасив в домике свет, зажигали свечу. Там-то большинство ребят и делились сокровенным. Признаюсь, после некоторых историй не могла сдержать слез.

– Приходилось чувствовать какое-то особое отношение к себе со стороны детей? Может, глядя на вас, они и раскрывались с большим желанием?

– Возможно, но они этого не показывали. С особенной теплотой и уважением относилась ко мне «шери-лидер» — опытная девушка-волонтер. Это проявлялось в самых разных мелочах. Во мне она видела ролевую модель, беспрекословный пример для подражания детям.

Волонтеры в Горельской специальной школе-интернате. Фото предоставлено волонтерским Центром ТГТУ. 

– В итоге смогли отдать ту самую частицу себя?

– Да, безусловно. Это проявилось в заботе, во внимании. Быть может, это и есть любовь. Все хорошее, что во мне накопилось, я вложила в этих детей. Надеюсь, как волонтер справилась со своей задачей. Хочу, чтобы они не отчаивались и стремились к лучшему.

– Впереди еще не одна смена…

– Конечно, меня уже пригласили. Дети приезжают в «Шередарь» пять раз в год. В мае планирую поехать туда снова.

– Видите себя волонтером за границами этого лагеря? В каких-то других направлениях?

Не хватает внешних условий. К сожалению, среда для инвалидов в нашем регионе недостаточно обустроена. Да, сегодня больше сделано, чем 10 лет назад. Но этого мало для комфортного передвижения. В лагере территория полностью оборудована для инвалидов. Я везде передвигалась самостоятельно. Приспособлены и домики. То есть в серьезной помощи я не нуждалась. Если требовалось закрыть, к примеру, окно, то все с удовольствием откликались. Возможно, я буду заниматься еще и отбором волонтеров для поездок в «Шередарь». С таким предложением уже вышел волонтерский центр ТГТУ. Это своего рода кураторство, что тоже весьма интересно.

Тренинг волонтеров под руководством ирландского специалиста Терри Дигнана. Фото из архива Фонда «Шередарь». 

Волонтерский центр на базе Тамбовского государственного технического университета действует уже три года. Помимо работы с инвалидами это многочисленные визиты в детские дома, помощь пенсионерам, обслуживание спортивных и культурных мероприятий всероссийского масштаба. Подробности о работе центра «Русской планете» рассказал директор Александр Сузюмов.

– Лагерь «Шередарь» — очень значимое событие, настоящая проверка для волонтера. Это и есть тот труд, который олицетворяет наши цели, — делится опытом специалист. — Лично я, например, не стал подавать заявку на Формулу-1, а отправил ее на «Шередарь». Там видишь проблему изнутри и делаешь все для решения. Одной улыбки или подарка недостаточно. Нужно подумать, как работать с детьми, разработать определенную методику.

– Какое направление волонтерства интересно сегодняшней молодежи? Понятно, что желающих становится заметно больше, когда речь заходит о крупных, например, спортивных событиях.

– Спортивные мероприятия обслуживаем, чтобы идти в ногу со временем. Это перспективное направление, имидж России на мировом уровне. Там наши ребята развиваются, общаясь с единомышленниками из других стран, приобретают опыт. Но есть еще социальные, экологические, образовательные направления.

– Хорошо, давайте обратимся к недавним мероприятиям. На каких из них трудились ваши студенты?

– На эстафетах Олимпийского и Паралимпийского огня было задействовано около 300 волонтеров. На выборах — около 100. Рок-фестиваль «Чернозем» — 50 человек. Это события в пределах Тамбовской области.

– Если говорить о менее масштабных событиях …

– Вообще в течение учебного года прошло около 80 мероприятий, в которых мы приняли участие. Первым делом ребята отзываются, если речь о детских домах. Помогаем по ремонту, недавно построили беседку. Наши архитекторы проводят мастер-классы по рисованию, учат детей оригами. В одном из домов организовали команду по чирлидингу — это танцы, гимнастика и акробатика в едином виде. Сейчас сотрудничаем с юристами и думаем над программой правовой помощи.

– Как много ребят откликаются на помощь пенсионерам?

– С пожилыми людьми намного меньше желающих работать. У нас есть социальное общество «Опека», они нам сообщают, когда требуется помощь. Это непростая специфика. Здесь больше прислушиваемся к специалистам тех учреждений, где находятся пенсионеры. Необходимо знать о болезнях и характере таких людей. В основном же стараемся помогать пожилым, оставшимся без родственников. В прошлом году выручили бабушку, которая не могла выбраться из дома: дверь сильно завалило снегом. У нее даже признаки клаустрофобии стали проявляться. Пришлось разбивать стекло — спасать через окно. Все хорошо закончилось.

– Вы сказали о сложной специфике, а какую-то специальную подготовку волонтеры проходят? Достаточно ли одного желания, чтобы работать в столь сложных социальных условиях?

Безусловно, ребят готовим. При работе с инвалидами, к примеру, они получают специальную инструкцию. Волонтер должен понимать, как правильно обратиться к человеку. Стараемся уже не употреблять выражение «человек с ограниченными возможностями». Это гораздо обиднее, чем «инвалид», «колясочник» или «слепой». В первую очередь они обычные люди, ограничена среда — внешние условия. Чаще говорим «люди с инвалидностью». Но и это не все. Проводим инструктаж, например, по управлению коляской. Просто так выйти и работать с инвалидами не получится.

– В чем сложность спортивного волонтерства? Накануне Чемпионата мира по футболу, некоторые расценивают это как возможность отдохнуть и бесплатно посмотреть хорошие матчи.

– Сложностей много. Первая — прекрасное знание иностранных языков. Меня «заваливают» вопросами в социальных сетях: «как поехать на ЧМ-2018 волонтером, не зная английский?». Таким отвечаю коротко: «никак!». Вдобавок необходимо разбираться в тонкостях того или иного вида спорта. Вот у нас четверо волонтеров были на Гран-при «Формулы-1» в Сочи, они — фанаты. Скажу и о дисциплине: на время работы спортивным волонтерам запрещается курить и употреблять алкоголь. Был инцидент, когда десятерых человек из другого региона заметили в нетрезвом виде. Их тут же отправили домой с письмом на имя губернатора. В своем городе их ждет неприятное будущее. Также для этой области будет снижена квота на возможное число волонтеров. В плане дисциплины все очень жестко.

Прогулка волонтеров по территории лагеря. Фото из архива Фонда «Шередарь».

– Сколько же тамбовских студентов сегодня соответствуют званию волонтер?

– Точное количество, как правило, не фиксируем. Люди не обязаны числиться в Центре круглый год. Кто-то решил принять участие — пожалуйста. Набрать же народ не проблема. На какие-то мероприятия можно и 600 человек снять с пар, но мы так не делаем. Подаем заявку и ждем отзыв ребят. Главное требование — искренность. Я до сих пор не могу забыть о работе наших волонтеров в торговых центрах. Тогда собирали деньги на медикаменты беженцам с Украины. Три раза в неделю по два часа ребята стояли с ящиками в руках. В столь юном возрасте, когда мимо проходят ровесники, знакомые и друзья, это очень сложно. Но некоторые работали даже больше, чем нужно. Я не знаю, как объяснить такое стремление. Они рассказывали мне об итогах, делились радостью со слезами на глазах. В какой-то момент мне стало стыдно, что я не могу так же открыто прореагировать.

«Мухи мучкапской чайной» Далее в рубрике «Мухи мучкапской чайной»Заслуженный работник культуры Александр Ермаков о создании в Тамбовской области музея Бориса Пастернака Читайте в рубрике «Титульная страница» В очередь…Дмитрий Дюжев позволил себе неосторожные высказывания о культурном уровне отечественных зрителей и был обвинен в унижении достоинства россиян В очередь…

Комментарии

Авторизуйтесь чтобы оставлять комментарии.
Интересное в интернете
Читайте самое важное в вашей ленте
Подпишитесь на «Русскую планету» в социальных сетях и читайте наиболее актуальные материалы
Каждую пятницу мы будем присылать вам сборник самых важных
и интересных материалов за неделю. Это того стоит.
Закрыть окно Вы успешно подписались на еженедельную рассылку лучших статей. Спасибо!
Станьте нашим читателем,
сделайте жизнь интереснее!
Помимо актуальной повестки дня, мы также публикуем:
аналитику, обзоры, интервью, исторические исследования.
личный кабинет
Спасибо, я уже читаю «Русскую Планету»